Отчёт о второй поездке (6-20 декабря)

Дорогие друзья!

После первой поездки мы, как и собирались, подали от Правозащитного центра “Мемориал” запрос в мэрию Грозного. Мы просили проверить, верна ли информация о том, что в моргах города скопились тела умерших старичков, которых некому похоронить. Мы также просили принять меры, если эта информация окажется достоверной. В ноябре мы получили ответ из мэрии, что “все невостребованные трупы гражданских лиц захоронены” 1, 5, 9, 12 и 14 октября 2015 года.

01

Наша старая знакомая, Галина Фёдоровна, наконец попросила нас встретиться с её сестрой, живущей в Москве. Раньше она категорически отказывалась от этого. Мы с радостью согласились. В интернете нашли по адресу телефон и связались с сестрой. Лия Федоровна была счастлива, что сестра нашлась, — они потеряли связь более 15 лет назад. Лия Федоровна писала Галине по адресу, где Галина Федоровна уже не жила. В Чечню ехать боялась, да и здоровье уже не позволяло — Лия старше сестры.
Мы встретились с Лией Федоровной в Москве. Она была очень взволнована и опечалена состоянием сестры, условиями ее жизни (пенсию старушке восстановили несколько лет назад, электричества нет до сих пор). Лия Федоровна насобирала денег по подругам, чтобы оплатить долги сестры и провести в квартиру электричество.
Приехав в Грозный в декабре, мы предложили Галине Федоровне наконец решить проблему со светом. Сначала она отказывалась, а потом стала разбирать завалы из коробок, тряпья и прочих вещей, чтобы “расчистить дорогу” к одной из розеток.
Сестра передала Галине Фёдоровне тонометр, чтобы та могла сама измерять давление, в последнее время она часто болеет. Когда мы были в гостях у Галины Фёдоровны, мы позвонили Лии Фёдоровне, — и сёстры поговорили спустя более чем 15 лет.

По личным обстоятельствам в декабре мы отправились в командировку в разное время, вместе поработали около недели. Наташа была в Грозном с 6 по 18 декабря, Юля — с 11 по 20 декабря.
Как и в прошлую поездку, мы покупали для подопечных продуктовые наборы (консервы, сахар, подсолнечное масло, макароны, сладости, сгущенное молоко, чай, бананы или мандарины). Кроме того, в Москве очаровательные жертвовательницы (см. на фото) принесли нам новогодние подарки для старичков, которые мы распределяли по пакетам. Удивительно, какую радость могут вызвать небольшая пластмассовая ёлочка или календарь!

02

В рассказе о прошлой поездке мы писали, что одинокому инженеру-конструктору Александру Николаевичу нужен радиоприёмник. Нашлись несколько добрых людей, которые предложили передать ему приёмник. Спасибо! На фото Александр Николаевич рассматривает подарок, а Наташа зачитывает ему письмо, которые приложил жертвователь (сам Александр Николаевич прочитать не может из-за плохого зрения).

03

Сейчас Александр Николаевич готовит еду на маленькой электрической плитке. Это очень неудобно. Кроме того, из-за плохого зрения он все делает медленно, и готовка отнимает много времени. У него в квартире есть газовая плита, скорее всего рабочая. Но ее нужно подключить, а для этого — разобраться в квартире. Старички со скрипом идут на то, чтобы выкидывать какие-то вещи, даже лишние, изменять что-то в своем жилье, но Александр Николаевич понимает необходимость поставить плиту и, мы надеемся, скоро место для нее найдется.
Мы выполнили некоторые просьбы наших старичков. Привезли очки для Любови Семёновны. По её словам, линзы на -14 и -15 в Грозном не делают. Мы заказали их в Подмосковье и в декабре отдали Любови Семеновне.

Мы узнали о том, что две наши знакомые старушки умерли — Милия Александровна Киселёва (мы посещали ее в 2013 году, почитать про неё можно на Правмире) и Лидия Дмитриевна Халатова.
Ещё одну бабушку, Марию Семёновну, увезли родные — спасибо нашим волонтёрам, которые нашли их и рассказали, что их бабуля в очень плохом состоянии, просит милостыню на рынке. Про бабушку также можно почитать на Правмире.

В эту поездку мы продолжили ходить по адресам в микрорайонах Грозного — улицы Косиора, Тухачевского, Иоанисиани, посетили подопечных на Первомайской, Моздокской, улице Левандовского и других, в Заводском районе, городке Маяковского, поселке Черноречье.
У нас появились двое постоянных волонтеров, которые ездили по адресами вместе с нами, знакомили с новыми подопечными. Они и сейчас остаются в городе, продолжают объезжать адреса, привозят старичкам продукты, помогают с мелким ремонтом и т.п.

Как и в прошлый раз, в декабрьскую поездку нам приходилось искать многих людей, указанных в списке. Мы расспрашивали соседей, узнавали, живет ли человек по адресу или нет, если нет — умер он или уехал, когда это произошло. На это, к сожалению, уходит много времени. В общей сложности за вторую поездку мы обошли около 110 адресов (новые и старые), раздали около 60 продуктовых наборов.
Отказались от помощи 2 женщины, которых мы встретили по новым адресам. По 4 адресам нам сказали, что жильцы умерли или уехали. Не достучались до 11 квартир. По еще одному адресу никто не открыл дверь и соседи не знают, живут ли там указанные в нашем списке люди.
По 29 адресам не живут люди из списка. 5 семей не нуждаются в помощи. Более или менее нормально, с помощью родных в Чечне или вне Чечни, живут 26 человек. В критическом положении (без регулярной помощи, жилье с плохим ремонтом, маленькая пенсия, нет одежды по сезону, мало продуктов питания или их нет совсем) — 22 человека.
Мы давали продуктовые наборы всем людям, которых встречали по адресам, независимо от их материального положения. Внимание и общение важно и ценно всем этим людям. Повторные визиты мы и волонтёры делаем только к тем, кто особо нуждается.

Евгении Казимировне, польке по национальности, помогают чеченские родственники (она была замужем за чеченцем, муж уже умер), но ей не хватает внимания и общения. Незадолго до нашего приезда она упала в комнате и повредила спину. В больницу не обращается — в помощь врачей не верит, занимается самолечением. С мужем Евгения Казимировна прожила 56 лет, во время чеченской войны родственники вывозили ее в лагерь для беженцев в Надтеречный район. У них с мужем не было детей. Ее периодически навещают внучатые племянники. Евгения Казимировна хотела бы найти своих польских родственников.

04

Многие старички в тяжелом психологическом состоянии.
Валентина Алексеевна, 1940 г.р, никак не может принять смерть дочери. Перед первой войной ее похитили и убили. Тело выбросили в реку Сунжу. Мать до сих пор чувствует вину: она собиралась встретить дочь на вокзале, но не успела.
Сергей из Старопромысловского района живет один в частном доме, без каких-либо средств к существованию, пенсионного возраста он еще не достиг. По словам соседки и тех, кто Сергея знает (он раньше был активным прихожанином храма), у него часто не бывает продуктов, он голодает, в доме нет света. По словам знакомых Сергея, его мать уехала за пенсией и не вернулась, с тех пор он стал сдавать, появились психические проблемы. Когда мы с ним общались, он был вполне доброжелателен, но сильно заговаривался.
Анна Петровна, 74 лет, живет крайне бедно, судя по обстановке. После двух операций на глаза очень плохо видит. Часто плачет, вспоминает своего мужа, которого боевики убили в 1999 году. Соседи и знакомые “прихоронили” мужчину на территории детского садика, позже сотрудники МЧС перезахоронили тело, и Анне Петровне неизвестно где. У старушки есть две дочери, они живут в других регионах России, периодически звонят матери. У одной из них нет возможности принять к себе Анну Петровну, ко второй она пока не едет сама, хотя признает, что в будущем, скорее всего, придется. Старичкам очень тяжело что-то менять в своей жизни, а тем более — переезжать далеко от родных мест, как бы тяжело им ни было.

Поразила смешанная семья Веры Ананьевны и Элхи Гехаевича. За лежачей бабушкой ухаживает ее старенький муж, с которым они вместе с 1974 года. Во время войны спасались вместе и от бомбежек, и от боевиков. У Веры Ананьевны квартира была занята боевиками, теперь там живут другие люди, но она не хочет восстанавливать права на квартиру, опасается за свою жизнь и за жизнь мужа.

05

Местный волонтер показала нам грозненский пункт временного размещения (ПВР), где живут одинокие старички. ПВРы — это общежития, которые сущестуют со времен войны, были предназначены для временных переселенцев. Люди живут там до сих пор. Есть и обычные общежития (например, те, которые были заводскими). Условия в ПВРах и общежитиях не лучшие. Готовят жильцы обычно на маленьких плиточках прямо у себя в комнатах. Мы пообщаемся со специалистами по беженцам и переселенцам, выясним, на что имеют право такие люди.
У нескольких жителей ПВРа и общежития в Черноречье жилье занято или разбито в войну и не восстановлено.
Татьяна Ивановна, живущая в общежитии, много лет ждала своего жилья, но потом по непонятным ей причинам с очереди её сняли. Хлопотать о жилплощади, добиваться чего-то Татьяне Ивановне сложно — она инсулиновый диабетик, одинокая.
Клавдия Дмитриевна Родионова из ПВРа хотела бы найти свою дочь, которая, по ее словам, живет в Москве, работает в полиции. По соцсетям нам пока найти женщину не удалось — очень распространенная фамилия.

07

Дом Людмилы Фёдоровны, по ее словам, снесли после войны и так не восстановили, компенсацию она не получила. Сейчас живет в доме, который арендует ее знакомая. В распоряжении Людмилы Фёдоровны одна комната. Мы купили ей одеяло, подушку и теплые сапоги.

08

У Валентины Ивановны, 1946 г.р., большие проблемы со здоровьем. Грозненские врачи направили ее в больницу в Краснодар. Но там Валентине Ивановне сказали, что ее проблемы не по их профилю. Ей сложно передвигаться по дому; куда и как обращаться за помощью, она не знает. Патронажная сестра к Валентине Ивановне не приходит.
Более того, ее домик не отапливается — она обогревала комнату плиткой, которую ей дали соседи. Мы купили Валентине Ивановне обогреватель.
Помогает старушке ее сосед, Юрий Петрович, бывший тренер по плаванию. В его собственном доме нет отопления и электричества.

09

В эту поездку мы встретили ветерана Великой Отечественной войны Анну Григорьевну Богаткину. Живёт она одиноко, но неплохо, получает пенсию, надбавки как ветеран, выплаты в годовщины Победы, помогает внукам, живущим вне Чечни. Анна Григорьевна потихоньку справляется сама. Когда мы приехали, она приводила в порядок территорию при доме.

10

Сын Анны Григорьевны пропал в 1995 году. Газету “Возрождение”, где ее сын в списке разыскивающихся, старушка хранит в своем архиве.

11

1 января 1995 года Александра Богаткина задержали в районе консервного завода, сказали, что поговорят с ним и отпустят, загнали в склад завода. К вечеру там набралось около 20 человек. Не проверяя ни у кого документов, не спрашивая фамилий, всех назвали «моджахедами» и избили дубинками. На следующий день задержанных загнали в соседний склад, там тоже были задержанные, всего около 68 мужчин. Вечером того дня, избивая дубинками, мужчин стали укладывать рядами, друг на друга, в машину. Машина ехала до утра 3 января, многие из тех, кто лежал в нижних рядах, задохнулись, кого-то из лежавших в верхних рядах расстреляли.
Одним из увезенных был Александр Богаткин.
Эту историю рассказал Анне Григорьевна рассказал мужчина, который услышал ее от знакомого. Его письменные показания на истрёпанном двойном листочке в клеточку старушка тоже нам показала.

Ещё одна бабушка, с которой мы познакомились в декабре, пожаловалась на вандализм на кладбище, где похоронен ее муж. Они с дочерью подали заявление в префектуру, ждут ответа. Они попросили хотя бы огородить кладбище, чтобы туда не мог заходить скот, чтобы по кладбищенской дороге не ездили грузовики с сеном.

Очаровательная семья Саркисян живёт относительно хорошо. Бабушка Нурвард Михайловна активная, разговорчивая, дедушка Завен Арменакович плохо видит, но постоянно поёт что-то по-армянски. Они не теряют связи с родными, живущими в других регионах.

12

Обед мы провели в трапезной храма Михаила Архангела 13 декабря. Собрались порядка 50-60 человек.
Повара приготовили вкусные и добротные угощения из продуктов, которые мы закупили. В начале обеда рассказали немного о нашем проекте.
В трапезной мы познакомились с несколькими людьми, которым нужна помощь юриста.

13

В один из последних дней поездки мы встретили сестру милосердия из Российского Комитета Красного Креста. Она сообщила, что программа “Милосердие”, которая занималась помощью одиноким старичкам, в 2015 году закрылась. Далеко не все отзывы наших подопечных о работе этой программы были положительными, но есть и те люди, которым сестры из РККК помогали профессионально и стабильно — покупали продукты, делали мелкий ремонт и пр.

На ближайшие четыре командировки средства уже собраны, однако если вы хотите сделать еще пожертвование — на дополнительные траты или, кто знает, на еще одну поездку? — можете перевести деньги на счёт, открытый специально для проекта (Сбербанк, 4276 3800 1428 4272). Или, если вы не можете использовать перевод на карту Сбербанка и находитесь в Москве, напишите нам – договоримся о встрече.
Может быть, кто-то хочет передать что-то из одежды, в том числе носочки, или приятный подарок для старичков — свяжитесь с нами. Спасибо!

Наташа и Юля

P.S. Дорогие друзья, если захотите как-то использовать информацию из этого отчёта, согласуйте, пожалуйста, с нами.

Мы наконец выложили финансовый отчет по первой поездке (см. низ сообщения).
Отчет по второй поездке тоже скоро появится на сайте.

Наша страница в Facebook, группа в Вконтакте.

Финансовый отчёт

Транспорт — 24264 р.

IMG_0465

IMG_0467

Продуктовые передачи и продукты для обеда — 31030 р.

IMG_0464

IMG_0462

IMG_0463 IMG_0466 IMG_0470 IMG_0471 IMG_0472

Лекарства для Элхи Гехаевича и Веры Ананьевны, Людмилы Фёдоровны, Анны Демьяновны, Александра, очки и очешники для Любови Семёновны — 6724,9 р.

IMG_0468

Брюки для Александра Николаевича, Ивана Фёдоровича и сапоги для Людмилы Фёдоровны — 2898 р.

IMG_0469

Обогреватель для Валентины Ивановны — 3099 р.

IMG_0473

Жильё на время командировки — 18000 р.

IMG_0474

Командировочные для Юлии и Натальи (за октябрь и декабрь) — 44508 р.

IMG_0475

Оплата работы водителя (декабрь) и юриста (октябрь-декабрь) — 55000 р.

IMG_0476

Без чеков купили одноразовую посуду (700 р.), хлеб, морковь и лук для обеда (500 р.), одеяло и подушку для Любови Фёдоровны (около 700 р.), 600 р. положили на счёт сотового телефона.

Итого — 188026,9 р.